В июле 2025 года молодой человек был принят на работу на предприятие по срочному трудовому договору на должность слесаря-ремонтника. На момент трудоустройства ему исполнилось 18 лет.

Спустя месяц, находясь на рабочем месте, он вместе с коллегой осуществлял подготовку к перемещению крупногабаритного крюка-захвата при помощи кран-балки. В процессе работ произошло падение металлической конструкции – крюк упал на левую ногу работника.

В результате несчастного случая пострадавший получил тяжелую сочетанную травму обеих нижних конечностей: закрытые переломы, гемосиновит коленного сустава, рваную рану бедра, а также осложнения. Травма квалифицирована как причинившая вред здоровью средней тяжести.

Пострадавший был госпитализирован, перенес оперативное вмешательство, длительное время находился на стационарном и амбулаторном лечении. Восстановительный период включал передвижение на инвалидной коляске, затем использование костылей и трости. В апреле 2026 года ему установлена 30-процентная утрата профессиональной трудоспособности сроком до мая 2027 года.

В ходе рассмотрения дела прокурор и истец настаивали на взыскании компенсации морального вреда, указывая на длительный период лечения, перенесенные физические и нравственные страдания, ограничения в привычном образе жизни, а также на то, что молодой человек, являясь профессиональным танцором, не может в полной мере заниматься трудовой деятельностью в танцевальном коллективе.

Представитель ответчика иск признал частично, указав, что размер компенсации завышен. Работодатель пояснил, что причинение вреда не было умышленным, со стороны предприятия не было отказа в оказании помощи и компенсации затрат на лечение. Ответчик также отметил, что уже оплатил расходы на медикаменты в сумме около 49 000 руб.

Череповецкий городской суд, установив, что несчастный случай произошел по вине работодателя (выявлены нарушения: неудовлетворительная организация производства работ, выдача задания без определения безопасных способов его выполнения, отсутствие технологических регламентов, необеспечение контроля со стороны руководства, а также непроведение с истцом стажировки и обучения по охране труда) взыскал с работодателя в пользу пострадавшего компенсацию морального вреда в размере 600 000 руб., а также расходы на оплату судебной экспертизы – 6 550 руб.

Кроме того, с ответчика в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Решение в законную силу не вступило и может быть обжаловано в апелляционном порядке.